Расцвет Среднего царства

Развитие производительных сил в период расцвета Среднего царства.

В области развития производительных сил в период расцвета Среднего царства были достигнуты значительные успехи. Прежде всего следует отметить, что от времени XII династии сохранилось некоторое количество предметов, в том числе орудий производства, из сплава меди с оловом, где доля последнего настолько значительна, что нельзя назвать сплав иначе, как бронзой. Некоторые сделанные из .неё статуэтки можно отнести и ко времени накануне XII династии. Однако подавляющее большинство найденных металлических предметов периода Среднего царства было изготовлено из меди без искусственного приплава (Во времена Древнего царства употреблялась медь в её естественном виде, без искусственного приплава. Те несколько медных предметов, которые принимались за изделия Древнего царства и в которых была найдена значительная примесь олова, нуждаются в проверке, действительно ли они так стары. Слово, которое принято переводить как «бронза», известно как будто Древнему царству, но первоначальное значение этого слова было, повидимому, шире: ещё при XII династии в эфиопские рудники отправлялись за так называемой «бронзой», хотя ясно, что там добывали руду, а не металл и не искусственный сплав.). Виды орудий в Среднем царстве заметно множились и совершенствовались. Попадаются новые виды режущих орудий, одно из них довольно сложного устройства. Металлическая часть топоров того времени была значительно больше, чем в старину, и она была прочнее прикреплена к топорищу. Ткачихи. Деталь росписи из гробницы Хнумхетепа. XII династия.

Однако каменные орудия продолжали бытовать и в Среднем царстве. В городских развалинах времени XII династии, неподалёку от тогдашней столипы и совсем рядом с царской пирамидой, были найдены кремнёвые топоры, тёсла, ножи, мелкие скребки или ножички, лезвия серпов. Там же была найдена кожаная сумка, в которой — совсем как в давние времена — лежали бок о бок остатки медных орудий, куски кремнёвых ножей и кремнёвые ножички. В двух гробницах времени XI и XII династий — правда, несколько поодаль от столицы — было изображено производство кремнёвых ножей. Эти факты указывают на известную застойность техники в рабовладельческом обществе Египта.

Тем не менее при XII династии начинает отчётливо намечаться новая отрасль ремесла — стеклодельная.

С началом XII династии, в результате воссоединения всей страны, значительно улучшилось состояние оросительной сети. Известия о голоде резко сокращаются. К концу XII династии удалось путём осушки отвоевать большие пространства плодородной земли около озера, лежащего у стыка Верхнего и Нижнего Египта в западной пустыне, в местности, которая ныне называется Фаюм. Когда после XII династии наступила пора нескончаемых смут, последовал новый упадок оросительного хозяйства: в надписях с этого времени вновь учащаются упоминания о голодных годах.

В области техники земледелия во времена XII династии есть указания на появление плугов, предвосхищающих плуги Нового царства с отвесными рукоятками. Изображения времени XII династии говорят о нововведении и в скотоводстве: наряду с древней породой баранов с развесистыми рогами появляется новая порода, с подогнутыми рогами; этой породе суждено было со временем заменить первую.

При XII династии внешние связи Египта расширились. Месторождения меди и бирюзы на Синайском полуострове были при XII династии испещрены египетскими надписями. Около некоторых месторождений надписи появились тогда впервые. Впервые же в начале XII династии мы слышим о разработке египтянами медных рудников в Северной Эфиопии, между Нилом и Красным морем. Груды отходов, оставшихся от того времени в разных рудниках, свидетельствуют о значительных размерах добычи в них меди.

Золото, которым щедро пользовались в Среднем царстве, добывалось теперь не только в Верхнем Египте — в Восточной пустыне, но также и в Эфиопии. Золотых дел мастера достигли к концу XII династии изумительного мастерства в изготовлении уборов. Судя по находкам, во времена Среднего царства стали употреблять, как будто, больше серебра, чем во времена Древнего царства.

Тесными стали связи с поставщицей отборного леса — Финикией, где город Библ стал настолько египетским, что иные его правители приказывали надписывать по-египетски свои печатки и утварь, величая себя тем же званием, что и номархи в Египте.

Поддерживались связи с Северным Средиземноморьем. Во времена Среднего царства в Египте пользовались критской посудой, а на Крите — египетскими изделиями.

Общественные отношения. Развитие рабовладения.

Памятники времени расцвета Среднего царства позволяют составить представление о положении эксплуатируемых масс и о характере эксплуатации того времени. Наиболее важными являются здесь две черты: это, с одной стороны, значительное развитие рабовладения в хозяйствах частных лиц; с другой стороны — изменение в положении земледельцев.

В Среднем царстве рядовые должностные лица и даже вовсе не чиновные лица часто располагали принадлежавшими им людьми. У знати, конечно, людей было не в пример больше — один сановник XII династии взял с собой в каменоломни только кравчих 50 человек,— но и у простых смертных число принадлежавших им людей бывало довольно значительным. Пекарня. Деревянная модель XII династия. Из предметов заупокойного культа.

Одни из них прислуживали своим хозяевам и назывались чашниками, кравчими, провожатыми, другие были земледельцами, садовниками, пекарями. пивоварами, прачечниками и т. д. Слуги и работники, каждый за своей работой, изображены на стенах хозяйских гробниц, на хозяйских заупокойных плитах, а также в виде деревянных фигурок, ставившихся в гробницы для того,чтобы они служили умершему.

В росписях усыпальниц знати работники обычно трудятся сообща под открытым небом или в мастерской; фигурки тоже бывают соединены вместе, изображая ткацкую, столярную мастерскую, пекарню и т. д. Часто работники прямо названы рабами. Обыкновенно это рабыни; мужчинырабы упоминаются реже Рабыни встречаются часто и у лип нечиновных, а у богачей их бывает помногу.

Нередко частные лица имели, как указывают памятники, «сирийцев», которых, конечно, надо отнести к рабам На одном из памятников мы видим двух сирийцев, занятых в личном хозяйстве некоего служащего при верховном сановнике то уборкой урожая (мужчина жнёт, женщина подбирает колосья), то пивоварением.

Войн во времена Среднего царств» велось довольно много, и значительная часть иноплеменных рабов происходила, вероятно, из пленных. В повествованиях о войнах XII династии с западными соседями — ливийцами и южными эфиопами — прямо говорится, что эти войны сопровождались захватом не только скота, но и пленных. Сохранилась купчая на сирийцев-рабов: двух женщин и детей. От времени XII династии имеются два завещания, в одном из которых служащий передавал своих людей брату-жрецу, а в другом — уже этот брат передавал 4 «головы» своей жене. Рабов завещали, пореза вещали и разрешали получателю передавать любому из своих детей. «Головы» жаловал и фараон. Один из сподвижников воинственного царя XII династии Сенусерта III рассказывал, что при зачислении его в царские телохранители он получил 60 «голов», а при производстве ц начальники телохранителей после эфиопского похода — ещё 100 «голов». В сказке человек, назначенный телохранителей, наделялся «головами». При этом «головы» в обоих случаях жалуются без земли, хотя в жизнеописании одного из деятелей того времени мы читаем о награждении его 20 «головами», а также 50 ару рама, т. е. свыше 13,67 га пашни. Лодка с гребцами. Деревянная модель. XII династия, Из предметов заупокойного культа.

Однако в то же время царское хозяйство, номархи и частные липа эксплуатировали людей, которых нельзя отнести к рабам.

От начала XII династии в двух договорах номарха со жрецами местных богов говорится, что свою долю в пользу жрецов будет вносить «всякий его земледелец из начатков поля своего». Если он мог давать такие обещания жрецам, то ясно что хозяйство номарха зиждилось в какой-то мере на труде земледельцев, возделывавших каждый свой участок земли.

С наступлением Среднего царства в положении земледельцев произошли некоторые изменения. «Царские» люди. известные нам во времена Древнего царства в качестве лиц, привлекавшихся в страдную пору в личное хозяйство номархов, теперь нередко встречаются в частных хозяйствах.

Образец египетской иероглифической надписи. Заупокойная плита Хунену. XI династия. Известняк. В гробнице одного сановника конца Среднего царства перечислены в составе его челяди 20 «царских» людей. Подобные надписи встречаются и на некоторых других памятниках. Что это были земледельцы, доказывает употребление соответствующего обозначения для них во времена непосредственно до и после Среднего царства. «Царские» люди — общее обозначение свободного земледельческого населения Египта в первой половине Нового царства. Весьма вероятно, что «царскими» назывались земледельцы и во времена Среднего царства.

«Отряды», как и встарь, имелись на кораблях, но нет как будто памятников, которые говорили бы об отрядах в полеводстве, как мы наблюдали это в Древнем царстве, или хотя бы о начальниках, руководителях, наставниках, писцах таких отрядов.

Некоторые перемены произошли в период Среднего царства в положении ремесленников. Если в Древнем царстве лишь отдельные мастера достигали сравнительно обеспеченного положения, то в Среднем царстве такие ремесленники встречаются чаще. От простых ремесленников, таких, как прачечник, пивовар, горшечник, каменотёс, золотых дел мастер, медник и т. д., дошли каменные плиты с надписями и изображениями и даже надписанные изваяния.

Ремесленники объединялись по роду занятий и в совокупности представляли определённую общественную силу. Каменотёсы составляли даже особое «войско» с развитым управлением и подразделениями.Должностные лица, в частности начальники ремесленников, судя по изображениям на их памятниках, не гнушались обществом простых мастеров, даже иной раз состояли с ними в родстве. Начальники ремесленников сами были знатоками своего дела, и некоторые из них, как и простые ремесленники, перенимали ремесло у своих отцов, другие же были детьми мелких должностных лиц или дальней роднёй высокопоставленных людей.

План города времени Среднего царства (у современной деревушки Эль-Лахун).

Но в целом для всего периода Среднего царства противоположность между верхами и низами общества была разительной. Её можно воочию наблюдать по развалинам города около одной из царских пирамид середины XII династии (у нынешнего Эль-Лахуна у входа в Фаюмский оазис). Трудящееся население жило невероятно скученно, в жилищах из нескольких крошечных каморок, тогда как каждый богатый дом представлял собой сложный комплекс из многих десятков небольших помещений и нескольких помещений покрупнее.

К сожалению, по развалинам этого поселения при пирамиде нельзя себе составить ясного представления о бытовых условиях, в которых находились средние слои горожан. А эти слои приобрели теперь известное значение в жизни общества. Памятники пестрят именами нечиновных «жителей города». Они бывали роднёй не только мелких, но и значительных должностных лиц, отцами и сыновьями сановников.

Было бы, конечно, неправильно представлять себе «города» Среднего царства городами в нашем смысле. И город и селение, возможно, представляли собой общину. От начала Среднего царства сохранились намёки на существование в городах советов должностных лиц. От конца Среднего царства до нас дошло судебное дело о передаче рабыни вместе с её земельным участком городу Элефантине,—следовательно, «городская» община в то время представляла собой юридическое лицо, владевшее рабами и землёй.

Царское хозяйство, конечно, продолжало существовать и в период Среднего царства. Столь характерное явление для Древнего царства, как продовольственные и вещевые выдачи из царского хозяйства, продолжались и в Среднем царстве. От второй его половины сохранились части придворных приходо-расходных книг и иные счётные записи. По ним можно видеть, какие люди постоянно или от случая к случаю пользовались государственными продовольственными выдачами. Это были простые люди — ремесленники, слуги, а также телохранители, второстепенные должностные лица, второстепенные и самые высокие сановники, члены их семей, даже члены царской семьи, жившие своим домом. Лица, состоявшие при храме, также получали продовольствие из царского хозяйства.

Тем не менее во вторую половину Среднего царства получают дальнейшее развитие товарно-денежные отношения.

В конце Среднего царства мерилом стоимости стало служить золото: сановник платит другому «золота 60 дебен — золотом, да медью, да одеждой (и) зерном», т. е. уплачивает золотом, медью, одеждой и зерном общую сумму в 60 дебен золота (дебен = 91 г). В начале XII династии мы узнаём, что в одном случае за услуги было заплачено «серебром, золотом, медью, притиранием, одеждой, нижнеегипетским ячменём, пшеницей». Из этой последовательности можно сделать вывод, что серебро тогда ещё ценилось дороже золота. К концу же Среднего царства оно было уже дешевле золота в два раза. Попрежнему имели место зерновые ссуды, и сделки по поводу зерновых ссуд носили, можно предположить, ростовщический характер.

Государство времени расцвета Среднего царства.

Расцвет Среднего царства относится ко времени XII династии, которая воцарилась около 2000 г. до н. э. и обладала прочной властью до начала XVIII столетия до н. э. За два с лишним века сменилось всего лишь восемь фараонов: Аменемхет I, Сенусерт I, Аменемхет II, Сенусерты II и III, Аменемхеты III и IV, фараон-женщина Нефрусебек. Аменемхет I обосновался не в Фиванской области, а на севере, на рубеже Верхнего и Нижнего Египта, в крепости, многозначительно именовавшейся «захватившей обе земли» («Иттауи»). Эта крепость и стала столицей XII династии. Она была расположена неподалёку от древнего Мемфиса (около нынешнего селения Лишт), а немного южнее находилась «Земля озера», нынешний Фаюм, где при XII династии, как ужа говорилось, у озера путём осушки были отняты большие площади плодоносной земли и был создан новый, богатый плодородной землёй округ.

Укреплению царской власти при XII династии способствовали победоносные войны с соседями, вылившиеся на юге в завоевательные войны. Эфиопия, золотые рудники которой были теперь хорошо известны и манили к себе египетских завоевателей, подвергалась нашествию египтян ещё при первых двух царях новой династии; однако окончательное подчинение Северной Эфиопии произошло при Сенусерте III. Несколько походов и создание мощных крепостей у вторых порогов Нила закрепили Северную Эфиопию за Египтом. Доступ зарубежным эфиопам в новоприобретённые владения фараона был дозволен только для торговли или в порядке посольства. О том же Сенусерте III известно, что он ходил войной на Палестину; неясно, однако, в какой мере такое вторжение сопровождалось подчинением этой страны. Как бы то ни было, слава фараона-воителя надолго его пережила. В Новом царстве его считали местным богом египетской Эфиопии. Позднее предание, слив с его именем смутные воспоминания об египетских завоевателях времени Нового царства, создало баснословный образ покорителя полумира Сенусерта, по-гречески — Сесостриса. Войско номарха из Сиута. Скульптурная группа. XII династия. Дерево.

Однако и при могущественном Сенусерте III, как и при его предшественниках, на местах попрежнему сидели владетельные номархи. Хотя иной из них и был посажен в свою область царём — известен случай, когда область была нарочно выкроена для одного царского сподвижника,— власть номарха была наследственной, переходила от отца к сыну или от деда по матери к внуку, и царь только утверждал нового владетеля. Один номарх изобразил в своей гробнице 59 владетельных предков. Ещё при Сенусерте I номарх мог вести летоисчисление не только по годам царского, но и своего собственного правления. Обыкновенно номархи состояли одновременно начальниками местного жречества и сами бывали верховными жрецами местных божеств. Номархи возглавляли войско своей области. Они управляли в своих номах как пашнями, так и находившимся там стадом царя; подати в пользу царского дома проходили через их руки. Хотя «дом (хозяйство) номарха», как должностного лица и его «отчий дом», а также «стадо царя» и «стадо номарха» строго различались, всё же номархи и при XII династии были и оставались могущественными людьми. Сила и богатство их не только не уменьшались, но, напротив, возрастали вплоть до времени правления фараона Аменемхета III. Гробницы одного номарха при Сенусерте II и другого номарха при Сенусерте III были богаче гробниц предшествующих правителей тех же номов. В гробнице второго номарха, современника Сенусерта III, изображена доставка из близких каменоломен в столицу области алебастрового изваяния номарха вышиной до 7 м; в доставке принимали участие, т. е. волокли изваяние на санях, воины нома и жрецы.

Наряду с номархами имела большое значение придворная, служилая знать, которая и была главной опорой новых фараонов.

При дворе толпились, как и во времена Древнего царства, «друзья» фараона, в высшем управлении сидели «начальники обоих белых домов», «начальники обоих домов золота», «начальники обеих житниц», «начальники работ» и т. д. Попрежнему верховный сановник, он же градоначальник столицы, возглавлял суд и часто совмещал в своём лице управление разными ведомствами, кроме военного.

Статуэтка писца. XII династия. Гранит. Кем были высшие должностные лица по своему происхождению? Рядом с представителями местной знати при дворе и во главе общегосударственного управления можно было видеть много людей иного происхождения. Были сановники, унаследовавшие свои должности от отцов, т. е. представители потомственной столичной знати, были и такие, в ком можно видеть людей неродовитых. Это были представители служилой знати, обязанные своим положением и всеми житейскими благами фараоновской власти. Об их настроениях можно составить себе представление по словам начальника казны при Аменемхете III: «Даёт он (т. е. царь) пищу тем, кто в сопровождении его, питает он следующего по пути его; пища — это царь, избыток — это уста его». От усиления власти паря такие лица могли только выиграть, и фараоны могли опираться на них в борьбе с номовой знатью. Царская власть находила опору и у приближённого воинства, охранявшего царя.

Вооружённые силы Среднего царства набирались среди массы населения путём очередных выборочных призывов молодёжи. К египетскому воинству добавлялись иноземные части, состоявшие главным образом из североэфиопских воинов. Вооружение войска составляли лук и стрелы у стрелков, щиты, копья, секиры или палицы у других бойцов. Как кажется, нововведением Среднего царства было передвижное прикрытие, из-под которого двое воинов длиннейшим копьём разили врага на мощных крепостных стенах.

Крепость XII династии в Семне (Эфиопия). Реконструкция. Войско в значительной своей части находилось под начальством номархов, образуя номовые вооружённые силы; в прямом подчинении у них было и большинство второстепенных государственных служащих.

Но при XII династии мы видим и особое войско, состоявшее непосредственно при особе фараона. Это были телохранители, называвшиеся, как и слуги больших господ, «провожатыми», в данном случае — «провожатыми властителя». Состав царских телохранителей был неоднороден: кое-кто был, повидимому, из числа знати, но большинство, судя по имеющимся данным, было незнатного происхождения. Номархи тоже имели своих вооружённых «провожатых», но они, бесспорно, не могли одаривать их так щедро, как фараон, который жаловал своим телохранителям по нескольку десятков людей («голов») и награждал их золотым оружием. Иной, как будто неродовитый, «провожатый властителя» чувствовал себя важным лицом, а сподвижник Сенусерта III, выслужившийся из телохранителей в «наставники» телохранителей, имел высокие звания вельможи. Он же называл себя «тем, кому придал владыка обеих земель его значение». На таких воинов фараон мог рассчитывать в борьбе с местной знатью.

Внутренняя борьба в обществе Среднего царства была напряжённой даже в сайую «спокойную» пору, во времена XII династии. Цари XII династии ещё при жизни назначали своих наследников соправителями, и они принимали при жизни отца царский титул. Фараоны постоянно заботились о своей безопасности. Столица XII династии была крепостью, её название «Иттауи» обводили знаком, изображающим крепостную стену.Учреждение отряда телохранителей было прежде всего мероприятием по охране фараона. На Аменемхета I было совершено ночное нападение в его собственной опочивальне, которое, повидимому, стоило ему жизни, несмотря на упорную самооборону.: По Манефону, Аменемхет II был убит придворными евнухами, но возможно, что Аменемхет II спутан тут с Аменемхетом I.

Крепость XII династии в Семне (Эфиопия). План.

Цари чувствовали ненадёжность своего окружения и везде видели опасность. Ещё в пору Х династии фараон в своём поучении сыну наставлял укрощать толпу, так как бедняк-де мятежен, истреблять смутьяна, опасного числом своих приверженцев. В уста Аменемхету I было вложено поучение сыну, советовавшее ему вообще никому не доверяться. Сыск получил в это время небывалое значение. Один высокопоставленный сановник, похваляясь, называл себя тем, кто стоит «над тайной дворца при допросе скрытного сердцем», «узнающим мужа по высказанному им», тем, «кому утроба обнажала то, что в ней», и т. д. Другой сановник, современник Сенусерта II, называл себя «доверенным царя в подавлении смутьяна», ему тоже «утробы» людей открывали своё содержимое. Ещё один был «языком царя в испытании людей, в наказании строптивого сердцем». Верховный сановник и судья при Сенусерте I назывался «смиряющим восстающего на царя». Восторженный приверженец Аменемхета III восклицал: «Нет гробницы восстающему на его величество, труп его (т. е. мятежника) — то, что кидается в воду».

К середине Среднего царства можно приурочить составление дошедших до нас многочисленных письменных проклятий врагам фараона, не только внешним, но и внутренним.

Неспокойно было не только вокруг фараона. Как и в дни XI династии, номархи совершали свои выходы и поездки в сопровождении вооружённой охраны, у них тоже были свои вооружённые «провожатые». При Сенусерте I номарх так рассказывал о себе в своей надписи: «Я — устраняющий гордость из высокомерного, заставляющий умолкнуть велеречивого, так, что он (больше) не говорит. Я —наказывающий тысячи мятежников, любовь области моей, ярый сердцем, (когда) он видит всякого преступника. Я — прогоняющий грабителя из области своей...». В номах, как видно, тоже было неспокойно, если мятежников исчисляли «тысячами». Сцена из междоусобной войны номов. Роспись из гробницы. XI династия.

Об Аменемхете I говорили, что он устранил в стране «грех», восстановил захваченное одним городом у другого и заставил их знать свои границы. Но то же самое затем говорилось и о Сенусерте II, царствовавшем век спустя. И при Аменемхете I и в конце правления Сенусерта I некоторые номархи изображали на стенах своих гробниц битвы между египтянами — вплоть до осады крепостей,— по примеру своих владетельных предшественников времени XI династии.

Боязнь расправ была настолько остра, что один придворный, по имени Синухет, ходивший с будущим Сенусертом I в ливийский поход, только услышав про смерть Аменемхета I, от одной мысли о возможной смуте после смерти царя сейчас же бежал из стана царевича и Сирию. Об этом рассказывает его художественно обработанное жизнеописание — так называемый «Рассказ Синухета»; нет никакой причины сомневаться в возможности рассказанного происшествия.

Пора наибольшего могущества государственной власти в период Среднего царства совпадает с правлением Аменемхета III. Мало что известно о его долгом царствовании, несмотря на то, что памятников от этих лет дошло немало. Он один оставил сооружение, которое можно сравнить с памятниками времени Древнего царства. У самого входа на «Землю озера» (Фаюм) воздвигнуто было громадное по площади каменное здание, состоявшее из многих палат, тысяч комнат и переходов с перекрытиями из исполинских плит. От всей постройки остались одни смутные следы да разрозненные обломки, но ещё греки дивились ей не меньше, чем великим пирамидам. Позднее греки называли её «Лабиринтом». Сооружение погибло, и сейчас трудно определить, чем оно было на самом деле, но возможно, что это был царский поминальный храм с особыми отделениями для богов номов. Повидимому, объединяя божества номов в одном храме вокруг особы царя, желали покрепче привязать сами номы к общеегипетской фараоновской власти.

Важно отметить, что с воцарением Аменемхета III цепь гробниц номархов, дотоле непрерывная, внезапно пресекается. Как видно, Аменемхету III удалось сломить могущество номархов. Это, однако, не уничтожило сложных общественных противоречий, раздиравших общество Египта во времена Среднего царства. Мы уже говорили, что, как свидетельствуют памятники, и фараоны и местная знать всё время были в тревоге — враги или мятежники постоянно угрожали их власти. При остроте общественных противоречий, при неустойчивости политического положения в стране достаточно было незначительно поколебаться государственной власти, чтобы все противоречия обнаружились с огромной силой.

После Аменемхета III — последнего и единственного царя времени Среднего царства, сколько-нибудь напоминавшего могущественных фараонов Древнего царства,—на престоле промелькнули два недолговечных правителя, из которых вторым была женщина, и XII династия пресеклась.

Игровой клуб maxbetslots casino играть онлайн в хорошем качестве.