Средние века

Русь в период феодальной раздробленности (XII — начало XIII в.)

Древнорусское государство раздробилось в процессе феодализации на ряд отдельных, в известной мере самостоятельных, княжеств и земель. Феодальная раздробленность, являвшаяся закономерным этапом исторического развития Руси, была следствием экономического обособления отдельных княжеств. Рост крупной собственности и распространение продуктовой ренты создали в этот период более благоприятные условия для дальнейшего развития экономики. Вместе с тем следствием раздробления было усиление княжеских усобиц. В условиях постоянных междоусобных войн внешнеполитическое положение Руси ухудшилось, и в конце концов в результате татаро-монгольского нашествия она потеряла свою независимость.

Сельское хозяйство и положение крестьян

В период феодальной раздробленности произошли существенные сдвиги в производительных силах страны, усовершенствовалась техника сельского хозяйства. Так, например, на территории, расположенной по течению Днестра, как показывают материалы раскопок, население пользовалось череслом (плужным ножом, устанавливаемым впереди лемеха) при вспахивании плугом целинных земель, лемехом для обработки старопахотных земель и маленькими лемешками для предпосевной обработки почвы. Стала применяться водяная мельница для размола зерна. В центральных областях Русь наряду с подсекой и перелогом распространялась трёхпольная система земледелия, Русским народом были освоены обширные пространства новых земель, особенно на северо-востоке страны (в Поволжье, в бассейне Северной Двины и др.). Появились новые полевые, огородные и садовые культуры. Росло поголовье скота.

В положении крестьян в период феодальной раздробленности произошли перемены. Увеличилось количество зависимых от феодалов крестьян-оброчников. В Новгородской и Суздальской землях, например, появились половники и закладники. Половниками называли смердов, обязанных давать феодалу в качестве оброка долю урожая; закладниками — крестьян, которые оставляли прежнего землевладельца и вступали в зависимость (в «заклад») от другого. В Смоленской земле были известны прощеники — крестьяне, зависимые от церковных феодалов, которые брали с них оброк (мёдом и «кунами» — деньгами) и имели право их судить.

Отдыхающий крестьянин. Миниатюра из псковской рукописи. XII в.
Отдыхающий крестьянин. Миниатюра из псковской рукописи. XII в.

Крестьянин, обязанный вносить владельцу феодальную ренту продуктами, получал большую хозяйственную самостоятельность и обладал большими возможностями для проявления собственной трудовой инициативы, чем барщинник. Поэтому с развитием (наряду с барщиной) ренты продуктами возросла производительность труда крестьянина. Он получил возможность производить некоторый излишек продуктов, которые мог превращать на рынке в товар. Появились зачатки имущественного расслоения крестьянства.

Расширение связей крестьянского хозяйства с рынком способствовало росту городов, развитию в них ремесла и торговли, развитию товарного производства. В свою очередь феодалы, продавая продукты, полученные в счёт натуральных оброков, приобретали в городах дорогое оружие, ткани, заморские вина и другие предметы роскоши. Стремление увеличить свои богатства толкало феодалов к повышению оброков, к усилению эксплуатации крестьянства.

Крестьяне были сословие неполноправной категорией населения. В летописях при описании «подвигов» феодалов пленные крестьяне и холопы упоминались наряду со скотом. Церковь освящала этот порядок, расценивая убийство господином «челядина полного» (т. е. холопа) не как «душегубство», а лишь как «грех перед богом». Если холоп бежал, за ним наряжалась погоня, а тот, кто давал ему хлеб и указывал путь, должен был уплатить штраф. Зато тот, кто задерживал холопа, получал вознаграждение за «переём». Правда, имущественные права холопов несколько расширились. В договоре от 1229 г. Смоленска с немецкими городами говорится о праве холопов передавать своё имущество по наследству.

Рост феодального землевладения

Период феодальной раздробленности на Руси характеризуется быстрым ростом крупного землевладения и борьбой феодалов за землю и за крестьян. Княжеские владения включали и города и сёла. Например, галицко-волынскому князю Даниилу Романовичу принадлежали города Холм, Данилов, Угровеск, Львов, Всеволож и др. Росло также боярское и церковное землевладение. Особенным богатством отличались новгородские, галицкие, а также владимиро-суздальские бояре.

В разных частях страны появились новые монастыри. Владимирский епископ Симон (XIII в.) хвалился богатствами своей епископии — землями и доходами с населения («десятина»). По всей Руси значительно расширилось вотчинное хозяйство, сохранявшее натуральный характер. Разрослись боярские дворы. Былая боярская челядь (часть которой несла барщину) превращалась в дворовых людей.

Рост феодальной собственности сопровождался укреплением политической власти землевладельцев, которые имели право суда над своими крестьянами и отвечали перед государством за выполнение ими государственных повинностей, прежде всего податных. Постепенно крупный землевладелец становился сам «государем» в своих владениях, иногда опасным для княжеской власти.

Борьба внутри господствующего класса

Среди земельных собственников были феодалы различных рангов, обладавшие разными политическими правами. Великие князья — в Галиче, во Владимире и даже в относительно небольшой Рязани — считались главами своих княжеств, но фактически они должны были делить власть с другими феодалами. Великокняжеская власть, стремившаяся осуществлять объединительную политику, сталкивалась как с боярской, так и с церковной знатью. В этой борьбе местные великие князья находили поддержку со стороны мелких и средних служилых феодалов — дворян и детей боярских. Слуги вольные, дети боярские, дворяне — это обычно младшие члены княжеских и боярских дружин, составлявшие наиболее многочисленную группу господствующего класса. Они владели землёй, некоторые условно, пока служили, и были опорой великого князя, поставляя ему войско, состоявшее из зависимых смердов — пешцев (пехотинцев). Княжеская власть расширяла ряды дворян, привлекая их к себе раздачей земель. Дворянам шла часть военной добычи.

Об остроте борьбы внутри класса феодалов можно судить по произведениям общественно-политической мысли. Защитник сильной княжеской власти, выразитель взглядов тогдашнего дворянства Даниил Заточник остро обличал светскую и духовную знать: «Тучный конь как враг храпит на своего господина; так и сильный, богатый боярин умышляет зло на своего князя». «Лучше бы мне,- говорит Даниил князю,— служить в лаптях в твоём доме, чем в сафьяновых сапогах в боярском дворе». Даниил Заточник высказывал мысль о необходимости участия дворян в управлении: из них, а не из «властелинов без ума» должны состоять «думцы княжеские».

Хотя тенденция к централизации страны и получила в это время развитие на Руси, однако она не могла завершиться прочной победой великокняжеской власти. Не раз «молодое» боярство и «дворянство», богатея, заступало место «старого» и, сталкиваясь в феодальных войнах с отдельными князьями, опрокидывало их попытки объединить значительные территории. Ещё не созрели экономические условия для победы тенденции к единству. Борьба за землю среди господствующего класса приводила к постоянным столкновениям. Зачастую князья так опустошали земля своих противников, что не оставляли в них «ни челядина, ни скотины». Княжеские отряды становились на постой в сёлах и забирали все хозяйственные запасы.

Город

Весьма важным фактором экономической и политической истории периода развитого феодализма на Руси сделался город. Он был ремесленно-торговым и административным центром для окрестных земель, а также пунктом сбора их военных сил. Характеризуя важную роль крупных городов, летописец сообщает, что сюда приходили на вечевые собрания жители пригородов, для которых были обязательными решения «старейших городов».

Число городов (больших и малых) выросло с XI в. более чем втрое и к XIII в., только по неполным данным летописей, достигло почти трёхсот. Расцвет городского ремесла продолжался вплоть до монгольского нашествия. Археологический материал позволяет говорить о существовании тогда до 60 разных ремесленных специальностей. Даже в небольших городских центрах имелись сложные домницы для варки железа, насчитывалось несколько систем гончарных горнов и т. д. Летописцы единодушно рисуют города как большие ремесленно-торговые центры, где ведётся значительное каменное строительство. Замечательный княжеский дворец в Боголюбове, великолепные храмы, украшенные каменной резьбой, во Владимире, Новгороде, Галиче, Чернигове и других городах, водопроводы и мостовые, частью сохранившиеся до наших дней и обнаруженные советскими археологами, характеризуют достижения древнерусских мастеров.

Русские ремесленники выполняли самые разнообразные работы. Так, например, во Владимире-на-Клязьме одни местные ремесленники лили олово, другие крыли крыши, третьи белили известью стены. В Галицко-Волынской Руси, в городе Холме, отливались колокола и был отлит из меди и олова помост для местной церкви. Недаром образы, характеризующие ремесленный труд, широко использовались в тогдашней литературе: «Как олово, часто переплавляемое, погибает, так и человек от многой беды чахнет»; «Железо уваришь, а злой жены не научишь», — писал Даниил Заточник.

Наряду с ремеслом развивалась и торговля. Район сбыта продукции деревенских ремесленников был по-прежнему незначительным, сфера же сбыта городских мастеров, работавших на заказ на бояр и дружинников, достигала 50—100 км. Много городских мастеров (Киева, Новгорода, Смоленска) работало на рынок. Некоторые, правда немногочисленные, изделия расходились за сотни километров, а отдельные произведения ремесленников шли за рубеж (в Болгарию, Польшу, Чехию, Швецию).

Развивалась торговля внутри княжеств. По русским землям разъезжали купцы, проходили купеческие караваны, насчитывавшие по нескольку сот человек. Галицкие купцы везли соль в Киев, суздальские купцы доставляли хлеб в Новгород и т. д.

Князьям поступали разнообразные доходы с торговли: гостина дань — с купцов (гостей), корчмиты — пошлины с корчем; мыта — пошлины за право провоза товара; перевоз — за перевоз через реку и др. Князья всё чаще включали в договоры друг с другом статью о том, что купцы имеют право свободного проезда через таможенные заставы. Но в условиях господства феодальной раздробленности и частых войн эти торговые связи нередко обрывались. Хозяйство в целом продолжало оставаться натуральным.

Значительного размаха в это время достигла внешняя торговля. Так, во Владимир-на-Клязьме приходили «гости» из Византии и других стран. Крупные города — Новгород, Смоленск, Витебск, Полоцк заключали торговые договоры с германскими городами (договоры 1189, 1229 гг. и др.). Русские купеческие объединения завоёвывали всё более устойчивые позиции в соседних землях. В Константинополе, Риге, Болгаре имелись «русские улицы».

Сильно возросло политическое значение городского торгово-ремесленного населения. Ремесленники наиболее крупных городов объединялись в «улицы», «ряды» и «сотни», имели свои церкви, выстроенные в честь того или иного «святого» — покровителя ремесла, и свою казну. Ремесленные объединения собирались для обсуждения своих дел, избирали старост. Существовали свои организации и у купечества.

Руководство как купеческими объединениями (такими, как гречники, ведшие торговлю с Византией, чудинцы, торговавшие с Прибалтикой, обонежцы, торговавшие с народами Севера, и др.), так и ремесленными корпорациями находилось в руках торгово-ремесленной верхушки, тесно связанной с боярской знатью. Крупные купцы и ростовщики резко противостояли городской ремесленной бедноте — меньшим людям.

Феодалы во время постоянных междоусобных войн грабили и разоряли города. В этих условиях горожане стремились освободить свой город из-под власти бояр и мелких князей и войти в соглашение с каким-либо крупным князем. Таким образом, города получали известные гарантии на случай феодальных войн и добивались одновременно от местных великих князей признания своих привилегий, охранявших в первую очередь права состоятельных горожан. Города,способствовавшие на ранней стадии развития феодализма установлению политической раздробленности в стране, постепенно превратились в силу, которая наряду с дворянством всё энергичнее содействовала объединению более значительных областей в великие княжества.

Классовая борьба

Как ни сложны и противоречивы были отношения между отдельными группами господствующего класса, весь этот класс в целом противостоял крестьянству, которое продолжало борьбу со своими угнетателями. Формы крестьянской борьбы с феодалами были многообразны: побеги, порча господского инвентаря, истребление скота, поджоги имений, убийство представителей княжеской администрации, наконец, открытые восстания.

Неоднократно восстания вспыхивали и в городах. Борьба с землевладельческой знатью, внутренняя дифференциация городского населения, рост долгового закабаления ремесленников, частые войны и т. п.— всё это ухудшало и без того тяжёлое положение городской бедноты и приводило к восстаниям. В этих восстаниях городская беднота и крестьянство нередко действовали заодно. Так, большое восстание крестьянства и городской бедноты вспыхнуло в 1136 г. в Новгороде, когда новгородцы совместно с псковичами и ладожанами изгнали князя Всеволода, который притеснял смердов. Но плоды восстания присвоили себе бояре, установившие в Новгороде феодальную республику, независимую от киевских великих князей.

Восстание в Киеве в 1146 . Миниатюра из Радзивиловской летописи. XV в.
Восстание в Киеве в 1146 г. Миниатюра из Радзивиловской летописи. XV в.

В 1207 г. в Новгороде произошло новое крупное восстание. Оно было направлено прежде всего против посадника Дмитра, происходившего из семьи богатых бояр Мирошкиничей, которые жестоко угнетали городскую и сельскую бедноту и занимались ростовщическими операциями. Движение, начавшись в городе, получило широкий отклик в деревне. Восставшие разгромили дворы и сёла Мирошкиничей, захватили долговые расписки, взятые ими с закабалённых «чёрных людей», и разделили между собой боярское имущество.

Поводом к народному движению 1174—1175 гг. во Владимиро-Суздальской земле явилось выступление части богатых дружинников, вступивших в союз с боярством и изменивших князю Андрею Юрьевичу Боголюбскому. Князь был убит, его замок разграблен. Власть захватили бояре. В это время вспыхнуло восстание крестьян. Крестьяне начали уничтожать представителей княжеской администрации, в основном состоявшей из дворян. Это заставило феодалов вновь искать помещи сильного князя. Местные города во главе с Владимиром, опасаясь самовластия бояр, тоже стояли за сильную княжескую власть. В конечном итоге народное восстание было подавлено.

'Русская правда' по Синоидальному списку (л. 1). 1282 г.
'Русская правда' по Синоидальному списку (л. 1). 1282 г.

В 1146 г. после смерти черниговского князя Всеволода Ольговича, захватившего Киев, местное торгово-ремесленное население восстало и расправилось с княжеской администрацией. Киевляне вели борьбу за городские вольности, протестуя против перехода Киева по наследству к князьям черниговским.

В Галицко-Волынской Руси народные движения происходили в 40-х годах XII в. Галицкий князь Владимирко Володаревич, воевавший тогда против киевского князя из-за Волыни, потерпел неудачу и потерял некоторые города. Это отразилось на отношении к нему остальных городов, которые стали поддерживать киевского князя. Когда войска последнего осадили Звенигород, горожане собрали вече и выступили против Владимирка. Но княжеский воевода подавил движение горожан. Он захватил трёх мужей, которые возглавили вече, приказал зарубить их и бросить в крепостной ров. Подняли восстание против князя Владимирка и горожане Галича. После того как галичане, принуждённые военной силой к сдаче, открыли князю ворота, он перебил многих людей, а многих казнил «казнью злою». Крупное движение крестьян произошло в Галицкой земле в 40-х годах XIII в.

Политический строй и государственный аппарат

С расчленением Древнерусского государства в разных русских землях на протяжении XII—XIII вв. росло политическое значение землевладельческой знати и в то же время шла борьба с ней великокняжеской власти, приводившая к неодинаковым результатам. Такие сильные князья, как например владимиро-суздальские, после упадка Киева сумели на время обуздать местное боярство. В некоторых землях, например в Новгородской, землевладельческая знать одержала победу над князьями. Наконец, в Галицко-Волынской земле ожесточённая борьба между сильным боярством и князьями шла с переменным успехом. В остальных княжествах, насколько позволяют судить скудные источники, события развивались в одном из указанных направлений.

По мере освобождения отдельных земель из-под господства киевских великих князей, власть последних все более приходила в упадок. Общерусское значение киевской великокняжеской власти уменьшилось, хотя и не исчезло полностью. Великокняжеский киевский стол превратился в яблоко раздора между сильнейшими правителями других княжеств. Реальная государственная власть находилась в руках феодалов, возглавлявших отдельные княжества, при этом правители крупнейших из них с течением времени начали сами выступать за объединение страны, объявляя себя великими князьями всей Руси.

Во всех русских землях в это время наблюдалось дальнейшее развитие и усиление аппарата управления, защищавшего интересы феодалов. Летописи и юридические памятники упоминают большое количество различных военных, административных, финансовых и других органов государственной и дворцовой власти. «Русская правда», основное руководство для суда, пополнилась новыми правовыми нормами и действовала во всех землях Руси. Местом заключения служили тюрьмы: порубы, погреба, темницы — глубокие тёмные ямы, наглухо заделанные деревом, где, по свидетельству источников, не раз задыхались заключённые.

Важное место в государственном аппарате принадлежало войску, в котором большое значение получили феодальные дружины и городские полки. В число их входили и служившие князю бояре со своими дворами. Основную часть войск по-прежнему составляли пешие народные ополчения, численность которых достигала в отдельных княжествах 50—60 тыс. человек. Разобщённость княжеств, распри князей распыляли и ослабляли военные силы страны. В то же время техника вооружения не стояла на месте. Совершенствовались оборонительные сооружения, возводились городские укрепления, каменные башни и т. п. Более широко стали применяться при обороне и осаде городов осадные и метательные орудия (пращи, тараны).

Дальнейшее развитие получили правовые нормы, регулировавшие отношения русских княжеств с иностранными государствами, как это видно, например, из договоров Новгорода с Ливонским орденом, Швецией и Норвегией, Галицко-Волынской Руси — с Венгрией, Польшей, Литвой и Тевтонским орденом.

Владимиро-Суздальская земля

В результате расчленения Древнерусского государства на территории Руси в XI—XII вв. сложились свыше десятка крупных княжеств — Владимиро-Суздальское, Полоцко-Минское, Турово-Пинское, Смоленское, Галицко-Волынское, Киевское, Переяславское, Черниговское, Тмутараканское, Муромское и Рязанское, а также феодальные республики — Новгородская и Псковская. Наибольшее значение из обособившихся земель получило Ростово-Суздальское (позднее Владимиро-Суздальское) княжество — основная часть будущей Великороссии. В Ростово-Суздальской земле предпосылкой для усиления княжеской власти явилось наличие рано сложившихся княжеских владений и городов, возникших на базе местного ремесла и связанных с торговлей, которая велась с Востоком по Волге и с Западной Европой по системе рек, соединявших Ростово-Суздальскую землю с Балтийским морем.

Ростово-Суздальская земля вышла из-под власти Киева в 30-х годах XII в., когда в ней княжил сын Мономаха Юрий Владимирович (1125— 1157), прозванный Долгоруким. Он первым из суздальских князей стал добиваться преобладания на Руси. При нём влияние Ростово-Суздальской земли распространялось на Новгород, Муром и Рязань и, кроме того, был установлен прочный союз с Галицкой землёй. Желая объединить в своих руках власть на Руси, Юрий стремился укрепиться в Киеве. Суздальские войска овладели этим стольным городом. Однако после смерти Юрия киевские горожане поспешили порвать свою зависимость от суздальских князей, разграбив дворы Юрия, его сторонников и купцов по всей Киевской земле.

Дмитриевский собор во Владимире-на-Клязьме. 1194 г.
Дмитриевский собор во Владимире-на-Клязьме. 1194 г.

Ростово-Суздальская Русь в середине XII в. переживала значительный экономический подъём. Здесь развивалась земледельческая культура. Строились и росли новые города — Владимир-на-Клязьме, Переяславль-Залесский, Юрьев-Польский, Звенигород, Дмитров и др. Была основана Москва (впервые она упомянута в летописи под 1147 г.), ставшая позднее центром объединения феодально-раздробленной Руси в единое государство.

Преемник Юрия, князь Андрей Юрьевич Боголюбский (1157—1174), опиравшийся па дворян и поддерживаемый горожанами Ростова, Суздаля и жителями других городов, решительно боролся с непокорным боярством. Он сделал своей столицей Владимир, где был сильный торгово-ремесленный посад, присвоил себе титул великого князя всей Руси и стремился распространить свою власть на Киев и Новгород. Продолжая соперничать с Волынскими князьями, Андрей Боголюбский организовал в 1169 г. поход соединённых суздальских, черниговских, смоленских, полоцко-минских и других полков на Киев, захватил его и вывез многие богатства в свою землю, передав древнюю столицу в управление одному из своих ставленников. Это довершило упадок Киева. Новгород был вынужден принимать на княжение лиц, угодных Андрею. Но объединительная политика князя Андрея Боголюбского была неожиданно прервана. Он был убит, как уже указывалось выше, заговорщиками из числа бояр и разбогатевших дружинников. Его преемник Всеволод Юрьевич Большое Гнездо (1177—1212) подавил сопротивление феодальной знати и казнил ряд бояр. Автор «Слова о полку Игореве», подчёркивая силу и могущество его полков, писал, что они могли «Волгу вёслами расплескать, а Дон шеломами вычерпать».

Дощечка с азбукой. XIII - XIV вв. Обнаружена при раскопках  в Новгороде в 1954 г.
Дощечка с азбукой. XIII - XIV вв. Обнаружена при раскопках в Новгороде в 1954 г.

Черниговские и смоленские князья, правившие в Киеве, считали Всеволода своим «господином». Всеволод помышлял о присоединении к своим владениям и Галицкой земли. Новгородскими князьями и посадниками были владимирские ставленники, и даже местный архиепископ фактически назначался Всеволодом. К этому времени владимирские князья сломили «непокорство» и рязанских князей. По образному выражению автора «Слова о полку Игореве», Всеволод мог стрелять ими, как «живыми стрелами». Владимиро-суздальские князья стремились закрепить свою власть в бассейне Волги, Камы (где жили мордва и мари) и Северной Двины, куда направлялась русская колонизация. Были основаны такие города-крепости, как Устюг и Нижний Новгород (1221 г.). С народами Кавказа велась торговля по Волге. С Закавказьем, кроме того, имелись и политические связи.

Hoвгородско-Псковская земля

Новгородская земля граничила с Владимиро-Суздальской землёй на юго-востоке, со Смоленской — на юге и с Полоцкой — на юго-западе. Новгородские владения простирались далеко на восток и север, вплоть до Урала и Северного Ледовитого океана. Рад крепостей охранял подступы к Новгороду. На Волхове была расположена Ладога, защищавшая торговый путь к Балтийскому морю. Крупнейшим новгородским пригородом являлся Псков.

Владея берегами Невы и Финского залива, Новгород был тесно связан с эстонскими, латвийскими и карельскими землями, в которых новгородское боярство собирало с населения дань. Дань взималась также с земли еми (финнов) и с расположенной севернее её, вплоть до границ Норвегии, земли саамов (лопарей). Наконец, в новгородские владения на севере по Терскому берегу Белого моря и в Заволочье (как назывались обширные земли к востоку от Белоозера, населенные различными народами) также посылались из Новгорода сборщики дани в сопровождении вооруженных отрядов.

Сбор Спасо-Мирожского монастыря в Пскове. Около 1156 г.
Сбор Спасо-Мирожского монастыря в Пскове. Около 1156 г.

Главным занятием новгородского крестьянства было земледелие, техника которого достигла значительного для того времени уровня. Однако развитию земледелия не благоприятствовали почвенные и климатические условия, и оно не могло удовлетворить потребностей населения. Наряду с земледелием получили развитие различные промыслы: охота на пушного и морского зверя, рыбная ловля, добыча соли. Большую роль в занятиях сельского населения играла добыча железа. Новгород был одним из крупнейших ремесленных и торговых центров Европы.

После восстания 1136 г. в Новгородской Руси образовалась боярская республика, в которой господствовали крупные феодалы. Подобная общественная организация сложилась также в Псковской земле. Формально верховная власть принадлежала вечу. Однако в действительности вече находилось в руках бояр, хотя им и приходилось считаться с его мнением, особенно если вечевое решение подкреплялось вооружёнными выступлениями городских «чёрных людей». Крупнейшую роль в политической жизни Новгорода играл архиепископ. Под его председательством собирался боярский совет. Из числа бояр утверждались на вече посадник и тысяцкий, которые осуществляли в городе исполнительную власть.

В своей борьбе с боярством ремесленное население города отвоевало известные права. Крупной силой стали объединения кончан (жителей городских районов — концов Гончарного, Плотницкого и др.), уличан (жителей улиц) и купеческих братчин. Каждый конец имел своё выборное самоуправление и обладал некоторой властью над определённой территорией Новгородской области. Но и эти органы власти оставались под контролем бояр. В Новгороде сохранилась и княжеская власть. Но князья приглашались вечем и их права были весьма ограниченны, хотя они и получали известные доходы от управления, суда и торговли.

Первые 100 лет (1136—1236) существования Новгородской боярской республики, вплоть до монгольского нашествия, характеризовались острой классовой борьбой, не раз выливавшейся в открытые восстания городской бедноты и крестьян. В это же время усилилась роль купечества, часть которого выступала на стороне сильных владимиро-суздальских князей.

Владимиро-суздальские князья укрепляли свои позиции в Новгороде. Они захватывали здесь земли, присваивали права суда и сбора податей. Сопротивление Новгорода политике владимиро-суздальских князей приводило к неоднократным столкновениям, последствия которых тяжело отражались на положении народных масс. Особенно трудно приходилось новгородцам, когда наступали перерывы в подвозе поволжского хлеба. Когда в 1230, неурожайном, году в Новгородской земле разразился жестокий голод, владимирский князь закрыл торговые пути, а бояре и купцы занялись спекуляцией хлебом. Доведённая до отчаяния беднота стала поджигать дома богатых людей, у которых хранилась рожь, и захватывать эти запасы.

Галицко-Волынская земля

Галицкая земля занимала северо-восточные склоны Карпатских гор. На севере она граничила с территорией Волыни, на северо-западе — с Польшей, на юго-западе «горы Угорские» (Карпаты) отделяли её от Венгрии. В горах и за ними лежала Карпатская Русь, в значительной части захваченная венгерскими феодалами в XI в. Часть Карпатской Руси (с городами Брашовом, Бардуевом и др.) оставалась за Галицкон землёй. На юго-востоке в пределы Галицкого княжества вошли земли, простиравшиеся от Южного Буга до Дуная (на территории современной Молдавии и Северной Буковины).

Галицкая земля, древним центром которой был Перемышль, обособилась к началу XII в. в отдельное княжество под властью правнуков Ярослава Мудрого. Сложившееся здесь сильное боярство искало в своих распрях с князьями помощи у венгерских и польских феодалов и долгое время препятствовало политической консолидации страны. Волынская земля, получившая название от древнего города Волыни на реке Гучве, занимала обширную территорию в бассейне Западного Буга и верхнего течения Припяти с её притоками. Волынь и Галичина с давнего времени были особенно тесно связаны друг с другом.

Здесь издавна было известно пашенное земледелие. В Галицкой земле имелись богатые соляные разработки и соль являлась предметом вывоза. Высокого уровня в Галицко-Волынской земле достигло развитие железоделательного, ювелирного, гончарного и кожевенного ремёсел. В этом краю насчитывалось свыше 80 городов. Находясь на пересечении многочисленных водных и сухопутных дорог, Галицко-Волынская земля играла видную роль в европейской торговле. В XII в. Галинкое и Волынское княжества переживали значительный подъём. Уже Владимирко Володаревич (1141—1153) соединил под своей властью все галицкие земли, включая и придунайские города (Берлад и др.). Примерно в это же время вышла из-под власти Киева и Волынь.

Время княжения Ярослава Владимировича Осмомысла (1153—1187), одного из крупнейших политических деятелей Руси XII в., ознаменовалось дальнейшим подъёмом Галицкой земли и, в частности, широким строительством новых городов. Ярослав Осмомысл с помощью волынских князей разбил войска киевского князя и заставил его отказаться от попытки утвердиться в придунайских землях. Ярослав установил мир с Византией, а союз с Венгрией скрепил браком своей дочери с королём Стефаном (Иштваном III). В конце XII в. галицкие и волынские земля соединились под властью волынского князя Романа Мстиславича (1199—1205). Добиваясь усиления княжеской власти, он опирался на соглашение с городами и прежде всего с верхушкой городского населения — «лепшими мужами», которым предоставил ряд привилегий. Роман ослабил галицкое боярство, часть его он истребил, а некоторые бояре бежали в Венгрию. Земли бояр были захвачены князем и использованы им для раздачи дружине. Преодолев сопротивление суздальского князя Всеволода, Юрьевича, войска Романа заняли Киев (1203 г.), после чего он провозгласил себя великим князем.

Римская курия искала «союза» с князем Романом, но он отверг предложение папы Иннокентия III. Поддержав борьбу Гогенштауфенов с Вельфами, Роман в 1205 г, выступил в большой поход против союзника Вельфов — краковского князя Лешко, поставив целью продвинуться затем в Саксонию. Однако гибель Романа в походе помешала осуществлению этих широких замыслов и облегчила разрушение возникшего при нём единства Галицкого и Волынского княжеств.

Началась длительная и разорительная феодальная война (1205—1245 гг.), в которой боярство, действуя с помощью венгерских и польских феодалов, захватило власть в Галицкой земле. По договору в Спише (1214 г.) венгерские и польские феодалы с санкции папской курии попытались поделить между собой Галицко-Волынскую Русь. Однако народные массы сорвали эти расчёты. В результате охватившего страну народного восстания венгерские гарнизоны были изгнаны.

На Волыни при поддержке служилых бояр и горожан утвердились князья Даниил и Василько Романовичи, с боем вытеснившие польских феодалов из пределов Русской земли (1229 г.). Войска Даниила при активной помощи горожан нанесли венгерским феодалам и галицким боярам ряд поражений. Захваченные боярские земли князь Даниил роздал дружинникам-дворянам. Он поддерживал дружественные отношения с Литвой и Мазовией, а также с австрийским герцогом Фридрихом II, враждебным Венгрии. Борьба за независимость Галицкой Руси была кровопролитной и тянулась долгие годы. Лишь в 1238 г. Даниил окончательно овладел Галицким княжеством, а затем и Киевом, соединив таким образом под своей властью обширные земли Юго-Западной Руси.

Полоцко-Минская земля

Полоцко-Минская земля занимала территорию по рекам Западной Двине и Березине, гранича с Новгородской, Смоленской и Турово-Пинской землями. На северо-западе владения полоцких князей распространялись на нижнее течение Западной Двины, где стояли города Ерсике и Кокнесе. Часть населения литовских и латвийских земель признавала власть полоцких князей и платила им дань.

Основным занятием жителей Полоцко-Минской земли было земледелие, хотя почвенные условия мало этому благоприятствовали. Полоцк постоянно нуждался в привозном хлебе. Большое распространение здесь получили охота на пушного зверя, рыболовство, бортничество. Меха были предметом вывоза за рубеж (на остров Готланд и в Любек). В Полоцко-Минской земле рано развились феодальные отношения и возник ряд городов — Изяславль, Витебск, Усвят, Орша, Копыс и др.

Полоцко-Минская земля недолгое время подчинялась киевским князьям. Уже при Владимире Святославиче она перешла во владение его сына Брячислава. Преемник последнего, Всеслав Брячиславич (1044—1101), опираясь на дружину и пользуясь помощью городов, держал в своих руках власть над всей Пододко-Минской землёй. Время княжения Всеслава, согласно «Слову о полку Игореве», было временем «славы» для этой части Руси. Но затем усилилась феодальная раздробленность. В XII столетии образовался ряд враждующих между собой княжеств; наиболее значительными из них были Полоцкое и Минское. Внутренние войны ослабляли Полоцко-Минскую землю, которая постепенно утратила своё былое влияние в Восточной Прибалтике. Несмотря на упорное сопротивление, полочане не смогли отразить вторжение немецких крестоносцев. Полоцкий князь по договору с Ригой (1212 г.) лишился прав на дань сливов, потерял он и земли в Юго-Западной Латгалии. Города Ерсике и Кокнесе были захвачены немецкими рыцарями. В начале XIII в. внешнюю политику Полоцка и Витебска уже контролировал смоленский князь, заключая от их имени договоры с немецкими городами.

Русь и соседние народы

Русь была окружена многими неславянскими народами. Её влияние распространялось на народы Прибалтики (литовцев, латышей и эстонцев), Финляндии и Карелии, некоторые народы Севера (ненцев, коми, югру), Поволжья (мордву, мари, часть болгар, чувашей и удмуртов), Северного Кавказа (осетин и черкесов), а также на народы Северного Причерноморья (тюркские кочевые племенные союзы половцев, узов и торков) и Молдавии. Русь поддерживала связи с Закавказьем (населением Грузии, Армении, Азербайджана) и Средней Азией.

Уровень общественного развития этих народов был различен: у некоторых из них существовал ещё первобытно-общинный строй, а у других — уже сложившийся феодальный способ производства.

Народы Прибалтики в XI—XII вв. переживали время становления феодальных отношений. Государств у них ещё не было. Крестьяне жили сельскими общинами, значительные группы которых составляли полуфеодальные-полупатриархальные объединения во главе с представителями землевладельческой знати — «лучшими», «старейшими» людьми. Такие объединения были в Литве (Аукштайтия, Жемайтия, Делтува и др.), в Латвии (Латгалия, Земгалия, Корсь и др.), в Эстонии (Ляанемаа, Харьюмаа, Саккала и др.).

Население Прибалтики занималось земледелием, скотоводством и ремеслом, вело торговлю с соседями. В Прибалтике складывались торгово-ремесленные поселения — зародыши будущих городов (Линданисе, на месте которого вырос Таллин, Межотне и др.). Население придерживалось дохристианских верований. Замечательными памятниками культуры этого времени являются эстонский эпос «Калевипоэг», литовские и латвийские исторические песни и сказки.

Древние связи прибалтийских земель с Русью были прерваны в начале XIII в. вторжением немецких и датских феодалов. Используя противоречия среди правителей, крестоносцы захватили эстонские и латвийские земли. Иначе сложилась история Литвы. Здесь на основе более высокого экономического развития возник сперва союз князей разных земель (1219 г.), а затем сложилось раннефеодальное государство с великим князем во главе. Первым литовским князем был Миндовг (1230—1264). Великое княжество Литовское с помощью Руси сумело отстоять свою независимость, отбив наступление немецких феодалов.

В Карельской земле, которая входила в состав владений Новгородской Руси, господствовало земледелие при наличии развитых промыслов (охоты и рыболовства), ремесла и торговли. С развитием феодальных отношений в 70-х годах XIII в. Карельская земля была выделена в самостоятельную административную область Новгородской республики. Среди карел стало широко распространяться христианство. Культура и быт карельского народа получили яркое отражение в выдающемся памятнике народного карело-финского эпоса — «Калевале». С середины XII в. шведские феодалы стали нападать на Карелию с целью её захвата и порабощения. Карелы вместе с русскими отбили натиск шведских захватчиков и нанесли им тяжёлые ответные удары.

Новгородской республике был подвластен народ коми, живший на Вычегде. Коми занимались охотой и рыбным промыслом, но знали также земледелие и ремесло. У них началось разложение патриархально-общинного строя, появилась общинная знать — старцы.

В условиях родового строя жили на берегах Белого моря ненцы («самоеды»), а по склонам Северного Урала — югра. Видная роль в истории народов Поволжья, Прикамья и Приуралья принадлежала раннефеодальному государству волжских болгар. У них было развитое земледелие, а в крупных городах — Болгаре, Суваре и Биляре существовали разнообразные ремёсла. В Болгаре проживали и русские ремесленники. В этот город съезжались купцы из Руси, Средней Азии, Закавказья, Ирана и других стран. Болгарские купцы торговали хлебом с Владимиро-Суздальской землёй.

Среди народов Поволжья, подвластных Владимпро-Суздальскому княжеству, начало формирования классовых отношений наблюдалось лишь у мордвы, занимавшейся земледелием и бортничеством. Здесь выделялись «князья» отдельных областей. У других народов — мари, чувашей, удмуртов ещё господствовал первобытнообщинный строй. Башкиры — кочевники Приуралья только начали объединяться в союзы племён, во главе которых стояли старейшины (аксакалы). Большую роль здесь играли ещё народные собрания.

У земледельческих и скотоводческих народов Северного Кавказа — аланов (осетин) и адыгейцев, существовали непрочные племенные союзы. Отдельные племенные вожди враждовали друг с другом. В пастбищно-скотоводческих обществах Дагестана имелись патриархально-феодальные объединения, возглавлявшиеся местными правителями: нусалами (в Аварии), шамхалами (в Кумукии), уцмиями. (в Кайтаге). Часть из них находилась в зависимости от Грузии.

Население Крыма, состоявшее из аланов, греков, армян и русских, продолжало поддерживать политические, торговые и культурные связи с Русью, несмотря на притязание Византии на господство в приморских городах — Херсонесе (Корсуни), Судаке (Суроже) и Керчи (Корчеве). Связи народов Северного Кавказа и Крыма с Русью были ослаблены вторжением в Северное Причерноморье половцев (середина XI в.).

На территории Молдавии, подвластной галицко-волынским князьям, жили славяне и романизированное население, позднее сложившееся в молдавскую народность. Здесь имелись города: Малый Галич, Бырлад, Текуч и др.

Ряд народов, входивших в состав Древнерусского государства, продолжал развитие в рамках русских феодальных княжеств и областей. Литовская, латвийская, эстонская и карельская народности формировались в условиях тесного общения с русским народом.

Подвластные Руси неславянские земли несли бремя эксплуатации. Русские князья и бояре обогащались за счёт угнетённых народов, получая с них дань — серебро, меха, воск и другие ценности. Но вместе с тем неславянские народы развивались в условиях экономического, политического и культурного взаимодействия с Русыо. На землях этих народов строились города, селились русские крестьяне и ремесленники, появлялись купцы. Местное население сближалось с русским трудовым людом и усваивало от него более высокую культуру, втягивалось в рыночные связи и знакомилось с городским бытом и письменностью.

В Центральной Азии сложилось объединение киргизских племён, охватывавшее земли от Алтайских гор до Байкала и Саянского хребта, а также земли тувинские и минусинские. Киргизы занимались скотоводством, но знали земледелие и ремёсла и вели торговлю с Китаем. К середине XII в. киргизы попали в зависимость от кара-китаев (киданей), которые из Северного Китая продвинулись до Алтая и овладели Енисеем и Южным Семиречьем. Тяжёлое для местного населения господство кара-китаев было подорвано выступлением в конце XII в. монголоязычных племён найманов, которые продвинулись от Алтая до Иртыша и Восточного Туркестана. Большая часть найманов впоследствии постепенно растворилась в среде различных племён и народностей (киргизских, алтайских, тюркоязычных племён нынешнего Казахстана), полностью утратив свой язык. Позднее все эти земли попали под власть монгольских ханов.

Некоторые народы Дальнего Востока, в частности население Уссурийского края, где обитали предки нанайцев (гольдов), бассейна реки Хой (племя удягай — позднее удэгейцы), низовьев Амура (гиляки — нивхи), занимались преимущественно охотой и жили в условиях первобытно-общинного строя. В середине XII в. они попали под власть объединения племён чжурчженей, которые заняли владения киданей и создали государство Цзинь. В его состав входила большая часть Маньчжурии, Северного Китая и Монголии. Просуществовало это государство до начала монгольских завоеваний.

Некоторые народы Северо-Восточной Сибири и Дальнего Востока находились на уровне культуры каменного века, селились в полуподземных жилищах, занимались рыболовством, охотой и, где позволяли условия, промыслом морского зверя. Из домашних животных они разводили только собак. Таков был образ жизни предков айнов и гиляков (нивхов) на Сахалине, ительменов и коряков — на Камчатке, юкагиров — на Колыме, в низовьях Лены и Хатанги. В особенно суровых природных условиях протекала жизнь обитателей Арктики (предков эскимосов и приморских чукчей). Охотой и рыболовством существовали обские племена — манси (вогулы) и ханты (остяки), а на севере Западной Сибири — ненцы. К востоку от Енисея в восточносибирской тайге обитали охотничье-рыболовческие племена оленеводов — эвенков. В Прибайкалье жили предки якутов; они разводили рогатый скот и лошадей. Социально-экономический строй этих народов оставался более или менее неизменным вплоть до того времени, когда они оказались под воздействием русской культуры.

Международное положение Руси

В период феодальной раздробленности Русь, оставаясь крупной европейской страной, не имела единой государственной власти, которая вела бы общую для всей страны внешнюю политику. В середине XII в. русские князья вступали в союзные отношения с государствами, которые входили во взаимно враждебные коалиции.

Тем не менее наиболее крупные русские княжества оказывали существенное влияние на судьбы соседних стран. Ещё в 1091 г., когда Византия искала всюду помощи против тюрок-сельджуков и печенегов, она получила военную поддержку от князя галицкого Василько. Вообще же русские князья занимали по отношению к церковному центру православия — Византии гораздо более независимую позицию, чем другие европейские государства по отношению к центру католичества Риму.

Папская курия стремилась вовлечь Русь в орбиту своей политики, но наиболее дальновидные папские эмиссары уже тогда видели несбыточность этих надежд. Так, на запрос одного из идеологов воинствующего католицизма — Бернара Клервосского о возможности внедрения на Руси католичества краковский епископ Матвей в середине XII в. писал, что «русский народ, своей многочисленностью подобный звёздам, не желает сообразоваться ни с латинской, ни с греческой церковью».

Русские князья активно вмешивались в международные отношения своего времени. Владимиро-суздальские и союзные им галицкие князья поддерживали дипломатические отношения с Византией, а их противники — волынские князья — с Венгрией. Войско галицких князей содействовало укреплению Второго Болгарского царства и помогло в начале XIII в. болгарскому царю Ивану Асеню II вернуть престол. Русские князья способствовали усилению позиции мазовецких князей в Польше. Позже мазовецкие князья некоторое время находились в вассальной зависимости от Руси.

Отдельные княжества Руси располагали значительными вооружёнными силами, которые сумели отбить, а частично и подчинить половцев. Правители Византии, Венгрии, Польши, Германии и других стран стремились к династическим связям с русскими князьями, особенно с сильнейшими из них — владимиро-суздальскими и галицко-волынскими. Слухи о сокровищах Руси поражали воображение средневековых хронистов Франции, Германии и Англии.

Русские путешественники побывали в разных странах. Так, новгородский боярин Добрыня Ядрейкович посетил в начале XIII в. Византию. Он оставил интересное описание достопримечательностей страны. Черниговский игумен Даниил побывал в Палестине и также описал своё путешествие, совершённое вскоре после первого крестового похода. Летописи и другие памятники показывают хорошую осведомлённость русских людей о ряде стран Европы и Азии.

Тем не менее международное положение Руси в период феодальной раздробленности значительно ухудшилось. Это отмечали современники-публицисты. В «Слове о погибели Русской земли», созданном в первой половине XIII в., описывается красота и богатство Руси и в то же время с тревогой говорится об ослаблении её международного значения. Прошли те времена, когда государи соседних стран трепетали от одного имени Руси, когда византийский император, опасаясь киевского великого князя, «великий дары посылал к нему», когда немецкие рыцари радовались, что они находятся далеко «за синим морем».

Ослаблению внешнеполитического положения Руси, сокращению её территории способствовали феодальные распри князей, которые не прекращались даже тогда, когда в страну вторгались враги. Кочевники-половцы, заняв Северное Причерноморье, совершали опустошительные набеги на южные русские земли, уводили в плен и продавали в рабство русское население. Они подрывали торговые и политические связи Руси с Причерноморьем и странами Востока. Это привело к утрате Русью её владений на Северном Кавказе, а также к потере Таманского полуострова и части Крыма, захваченных Византией. На западе венгерские феодалы захватили Карпатскую Русь. В Прибалтике земли латышей и эстонцев попали под удар немецких и датских феодалов, а земли финнов и карел — под удар шведских. В XIII в. монгольское нашествие привело к завоеванию, разорению и расчленению самой Руси.

Русская культура в XII — XIII вв.

Вторжения захватчиков и стихийные бедствия привели к гибели множества драгоценных произведений зодчества, живописи, прикладного искусства и литературы. Почти не сохранились и имена простых людей, создававших для светских и духовных феодалов «измечтанные разною хитростью» шедевры стенной живописи и каменной резьбы, тончайшей серебряной чеканки и монументальной архитектуры. Лишь немногие из русских мастеров упомянуты в дошедших до нас летописях. Это «каменные здатели» — полочанин Иван, новгородцы Пётр и Корова Яковлевичи, Пётр Милонег; Олекса, работавший на Волыни по строительству городов; волынский «хытреч» Авдей — мастер каменной резьбы. Уцелело известие о киевском художник Алимпии, расписавшем Киево-Печерский монастырь. Известны имена новгородских мастеров-чеканщиков Косты и Братилы, оставивших прекрасные чеканные серебряные сосуды, а также литейщика Авраамия, скульптурный автопортрет которого сохранился до нашего времени. Именно труд крестьян и ремесленников был основой дальнейшего развития Руси.

Надписи с именами мастеров Косты и Братилы, вырезанные на дне серебрянных сосудов из новгородского Софийского собора. XII в.
Надписи с именами мастеров Косты и Братилы, вырезанные на дне серебрянных сосудов из новгородского Софийского собора. XII в.

Русский язык и культура обогащались в результате взаимодействия с культурой ряда народов. Такое взаимодействие нашло отражение в суздальском зодчестве (в котором прослеживаются связи с грузинской и армянской архитектурой), в новгородской живописи (в которой встречаются общие мотивы с армянской фресковой живописью), в народном фольклоре и литературе, где имеются многочисленные упоминания о других народах, об их культуре и быте.

'Золотые ворота' во Владимире-на-Клязьме. XII в.
'Золотые ворота' во Владимире-на-Клязьме. XII в.

Несмотря на господство богословия, по мере роста опыта, накапливаемого в производстве и развития просвещения (хотя оно затpaгивало лишь незначительную часть общества) на Руси распространялись начатки знаний в области изучения природы и истории. Заметно росла грамотность среди феодальной знати, дворянства и горожан. В рукописных памятниках всё чаще встречались похвалы «учению книжному», а «ум без книг» уподоблялся бескрылой птице: какой не взлететь, так и человеку не добиться «совершенна разума без книг». В обучении основными пособиями были Псалтырь, Часослов, Апостол. Обычное в средневековой Европе библейское представление о мире излагалось в «Шестодневе», который давал богословско-схоластическое описание природы, в сочинении Козьмы Индикоплова «Топография» и в других переведенных на Руси произведениях. Греческие хроники Георгия Амартола, Иоанна Малалы и других знакомили русских читателей с античной историей.

Наряду со знахарями и «божественными исцелителями» появились врачи — лечиы. В Киеве, например, жил знаменитый лечец Агапит, знавший, «каким зелием исцеляется какой недуг». Возросли знания в области математики, находившие применение и в сельском хозяйстве и при исчислении налогов и при составлении хронологических расчётов в летописях.

Развитие исторических знаний получило яркое отражение в летописании. Во всех крупных городах, от Новгорода до Холма, от Новгородка до Рязани, велись исторические хроники-летописи и составлялись летописные своды (целостные исторические произведения, представлявшие собой обработку летописных записей). До нашего времени частично сохранились лишь летописи владимиро-суздальские, волынские и новгородские. Большинство их проникнуто идеей сильной княжеской власти. Тесная связь летонисцев с деятельностью княжеских канцелярий приводила к включению в летописные своды деловых документов - дипломатических, административных, военных.

Ярослав Всеволодович. Деталь фрески в церкви Спаса-Нередицы. 1199 г.
Ярослав Всеволодович. Деталь фрески в церкви Спаса-Нередицы. 1199 г.

На Руси, так же как и в других странах, существовала тесная связь между развитием ремесла, прикладного народного искусства и зодчества. Поскольку в обществе господствовала религиозная идеология, лучшие образцы зодчества были связаны с церковью, бывшей к тому же богатым заказчиком. С переходом к феодальной раздробленности для памятников архитектуры стали характерны уменьшенные размеры храмов, упрощенность их внутреннего убранства и постепенная замена мозаики фреской. Господствующим видом церковного зодчества сделался «кубический» храм с тяжелой главой. Эти изменения были связаны и с быстрым распространением каменной архитектуры.

Белокаменная резьба на южной стене Дмитриевского собора во Владимире-на-Клязьме. 1194 г.
Белокаменная резьба на южной стене Дмитриевского собора во Владимире-на-Клязьме. 1194 г.

В Киевской земле продолжалось строительство храмов и монастырей (церковь Спаса на Берестове, Кирилловская церковь), но постоянный переход Киева от одних князей к другим создавал неблагоприятные условия для развития здесь искусства. Ряд выдающихся произведений искусства возник во Владимиро-Суздальской земле, в частности во Владимире-на-Клязьме с его «золотыми воротами», белокаменной архитектурой и каменной резьбой. Здесь были воздвигнуты великолепные храмы — Успенский собор, шедевр мировою зодчества Дмитриевский собор с каменными резными рельефами, четырехстолпный храм Покрова-на-Нерли с декоративной скульптурой и Боголюбовский княжеский дворец, включавший в комплекс своих построек собор.

Строительство велось в Ростове, Суздале, Нижнем Новгороде и в других городах Северо-Восточной Руси. В качестве примера можно привести Георгиевский собор (30-е годы XIII в ) в Юрьеве-Польском, притвор которого был украшен каменной резьбой.

В Новгородской земле времен боярской республики вместо крупных соборов, строившихся князьями, появились более скромные, но выдающиеся по совершенству форм и художественной росписи храмы. Среди них выделялась всемирно известная церковь Спаса-Нередицы (конец XII в ) в Новгороде (Варварски разрушена немецкими фашистами во время второй мировой войны.). Большой интерес, как памятник искусства, представляет псковская церковь Спаса в Мирожском монастыре (середина XII в.), расписанная фресками.

Не менее замечательной была и архитектура Галицко-Волынской Руси. Здесь известны Успенский собор во Владимире-Волынском, комплекс княжеских дворцовых построек в Галиче, церковь св. Пантелеймона и т. д. Архитектура Холма не сохранилась, но из летописи известно, что князь Даниил распорядился построить здесь три храма, украшенные резным галицким белым и холмским зелёным камнем и колоннами «из целого камня». На пути к городу высился «столп» с огромным изваянием орла. Зодчество развивалось в Чернигове, Смоленске, Полоцке, Городно (Гродно) и друитх городах. Появились и разнообразные гражданские постройки — дворцовые княжеские ансамбли во Владимире, Галиче и других городах, использовавшие традиции древнерусского «хоромного строения».

В изобразительном искусстве возросло стилистическое разнообразие, причем местное народное творчество нередко вступало в борьбу с господствующей церковной идеологией. Для новгородской живописи (роспись Софийского собора, Николо-Дворищенской и Благовещенской церквей) характерна яркая, сочная красочность. Особенно замечательны были росписи Спаса-Нередицы — его стен, свода, столбов и арок. Новгородская иконопись характеризуется теми же чертами, что и монументальная живопись, и своими корнями уходит в народное искусство.

Своеобразным было искусство Владимиро-Суздальской Руси. Местные храмы были наполнены «многоразличными иконами и драгим каменьем без числа». Но сохранилось из этого богатства немногое: остатки росписи Успенского и Дмитриевского соборов, икона Дмитрия Солунского. Ещё меньше дошло до нас художественных памятников других областей Руси.

Прикладное искусство и скульптура, менее чем живопись связанные с церковными канонами, нередко отражали в своих сюжетах народные игры и пляски, сцены борьбы и т. п. Значительного подъёма достигло искусство чеканки монет, печатей и каменной резьбы (убранство соборов, каменные иконки и т. п.). Мотивы народного творчества нашли богатое отражение в вышивке, а также в украшениях книг — заставках, концовках, заглавных буквах и т. д., где наряду с растительным и цветным орнаментом зачастую представлены сцены народного быта и труда.

Влияние народного творчества чувствуется и в одном из сохранившихся рисунков на полях псковской рукописи XII в., где изображён отдыхающий крестьянин, а подле него нарисована лопата и имеется надпись: «Делатель, трудися».

В памятниках литературы периода феодальной раздробленности проводились идеи господствующего класса. В лучших её творениях, призывавших князей к миру и защите независимости родины, отражены и чаяния широких народных масс.

Церковная проповедническая литература, идейная направленность которой заключалась в призыве населения к повиновению властям небесным и земным, представлена произведениями Климента Смолятича, Кирилла Туровского и др. Эти писатели были широко образованны и в своих произведениях использовали наследие античной литературы. Знаменитый книжник Климент Смолятич (середина XII в.) охотно ссылается на Омира (Гомера), Аристотеля и Платона, подвергаясь за это нападкам со стороны представителей ортодоксального богословия.

Идеология церковной и отчасти светской знати нашла яркое отражение в замечательном памятнике литературы 20-х годов XIII в. — «Патерике» Киево-Печерского монастыря. Проникнутый мыслью о превосходстве духовной власти над светской, он включал 20 назидательных рассказов о жизни этой крупнейшей церковной феодальной корпорации.

Обширный круг идей содержится в выдающемся памятнике ранней дворянской публицистики, сохранившемся в двух редакциях XII—XIII вв.,— «Слове», или «Молении», Даниила Заточника. Блестяще образованный Даниил умело использовал сокровища фольклора для восхваления сильной княжеской власти и обличения вредного для Руси самовластия светской и церковной знати.

В составе летописных сводов сохранились повести о князьях (об Андрее Боголюбском, Изяславе Мстиславиче Волынском и др.), о крупных исторических событиях — о взятии крестоносцами Константинополя и т. д. В этих повестях имеется много деталей, свидетельствующих о возрастании интереса к человеческой личности, к действиям и переживаниям отдельных людей.

Величайшим памятником русской культуры XII в. является «Слово о полку Игореве», посвящённое описанию неудачного похода на половцев (в 1185 г.) норгород-северского князя Игоря Святославича. Автор — сторонник единства страны, единства её сильнейших князей, единства народа. Русская же земля для него — это вся Русь, от Таманского полуострова до Прибалтики, от Дуная до Суздальской земли. В то время, когда в результате княжеских усобиц и половецких набегов «по Русской земле редко пахари покрикивали, но часто вороны граяли, трупы между собою деля», автор восхваляет мирный труд. Описывая одну из кровопролитнейших междоусобных битв на Немиге и противопоставляя мир войне, он пользуется образами, рисующими работу крестьянина-пахаря. «Чёрная земля, — пишет автор,— под копытами костьми была посеяна, кровью полита: горем взошли они по Русской земле».

«Слово» проникнуто глубоким патриотизмом. Образ Русской земли является центральным в этом произведении. Автор призывает князей встать на защиту родины и осуждает тех из них, которые занимаются распрями («куют крамолу» и «сеют по земле стрелы»). Автор рисует образы сильных и могущественных князей (Всеволода Большое Гнездо, Ярослава Осмомысла и др.), распространивших свою власть на большую территорию, прославленных в соседних странах.

В «Слове о полку Игореве» щедро использованы образы народной поэзии. Это чувствуется в описании природы, в словах скорби по поводу бед, постигших Русь, в тех сравнениях, присущих народному творчеству, к которым прибегал автор, описывая войны и битвы. Незабываемы по яркости лирические женские образы, воспетые в «Слове» (жена князя Игоря Евфросинья Ярославна и «красная» Глебовна). Русский народ устами автора «Слова» выражал свой призыв к единству во имя труда и мира, во имя защиты родины.

Развитие русской культуры в XII—XIII вв. происходило в тесной связи с дальнейшим развитием русской народности.

В Русской земле и в период феодальной раздробленности сохранялся общий язык (при наличии различных диалектов) и действовали общие гражданские и церковные юридические нормы. Народ был чужд феодальных распрей и хранил память о былом единстве Руси. Это нашло своё отражение прежде всего в былинах.

Русская культура играла большую роль и в жизни соседних земель. Русские летописи вошли в состав крупнейших польских хроник, на русских летописях основано летописание Литвы. Тексты русских летописей проникли даже в Англию, где получили отражение в хронике Матвея Парижского. Памятники русского ремесла сохранились в Чехии. Влияние русских фресок проявилось в Чехии, сказалось в росписях храмов Польши и Готланда. Русские косторезы пользовались заслуженной славой в Византийской империи и других странах.

Тут http://www.san-remo77.ru установка пломбы на счетчики воды недорого.